AliLinnea
Эпилог. Жизнь продолжается.

Гермиона Малфой, одна из светских львиц, красавица, любимая жена и превосходная мать собиралась на это представление более тщательно, чем всегда. Она никому не могла сказать, почему, просто у нее было такое чувство, что сегодня произойдет что-то очень хорошее.
— Дорогая, - в комнату вошел Люциус, даже по прошествии двадцати двух лет с момента последней битвы этот мужчина выглядел невероятно притягательно и совершенно.
— Да? - Гермиона с улыбкой повернулась к своему мужу.
— Ты восхитительна, - Люциус осторожно поцеловал женщину в губы.
— Она всегда такая, и с каждым годом становиться все лучше и лучше, - в дверях комнаты появилась еще одна пара, обитающая в Малфой-меноре – Драко Малфой и Луна Лавгуд-Малфой.
— Спасибо, ты как всегда галантен, пасынок, - состроила мордочку женщина.
— Ах, она меня убила, - драматично закатил глаза Драко, но тут же посерьезнел. – Вы готовы?
— Да, можем отправляться, - кивнула Гермиона.
Они покинули поместье и аппарировали в Хогвартс, вернее к антиаппарационному барьеру.
— О, вот и вы, - воскликнул Невилл, стоящий рядом со своей женой – Джинни, чуть дальше как раз аппарировал Рон Уизли, так и не женившийся. Он весь ушел в работу и сейчас занимал пост заместителя главы Аврората. К школе стекались толпы людей. Хогвартс принимал у себя чемпионат по дуэльному искусству во всех возрастных категориях. Дуэльные площадки стояли по всему периметру замка. Такое происходило впервые за много лет. На стадионе для квиддича было главное поле, где будут состязаться в своем искусстве лучшие и финалисты.
Гермиона вздохнула и устремила свой взор туда, к центральному шпилю, к незаметной площадке, где однажды смотрела на закат и встречала рассвет. За двадцать два года она впервые вступила снова на землю Хогвартса.
— Ты в порядке? – спросила Луна. Гермиона кивнула. Сколько всего произошло с того момента.
Первый год был тяжелым и изматывающим. Гарри был прав, когда говорил, что им не дадут жить спокойно. Ее и Люциуса, Драко, Сириуса и Ремуса каждый день таскали на допросы, цель которых была только одна – найти Гарри Поттера. Через месяц, когда его так и не смогли найти, как и профессора Верлея и двух других его подопечных, Министерство затребовало в банке имущество Поттеров. Да, скандал был еще тот. Тут-то и вскрылась вся правда, вернее не вся, а только та, что у Джеймса и Лили Поттеров была дочь, которая долгое время жила под фамилией Грейнджер. О Гарри гоблины молчали как партизаны – не знаем, не видели, не понимаем. А потом появились статьи, одна хуже другой. Было ясно, что Скримджер все-таки решил опорочить Гарри. Казалось, что еще чуть-чуть и станет все совсем плохо, но "Пуля-дура, ей все равно, маг ты или маггл". Аккуратная дырочка между глаз – и тело мешком оседает на землю. А на следующий день почти незаметная маленькая заметка, вернее, объявление, которое поняли лишь те, кто был тогда на поле боя. "Мы всегда выполняем то, что говорим". В Министерстве оказалось довольно много тех, кто тоже понял, что к чему. Найти этих странных людей не смогли, и тут же всплыли еще одни слова, сказанные там, на поле: "Нельзя найти то, чего нет".
Новый министр быстро подчистил все, что сотворил его предшественник. Имя Гарри больше не трепали, но и не забывали. Наступило время, когда можно было начинать жить.
Свадьбы… Их было много, и первой в этой череде стояла свадьба Гермионы. Девушка была восхитительна в бесподобном белом платье, вышитом серебряной нитью. В день свадьбы девушка нашла на своей кровати шкатулку, в которой был невероятный гарнитур из бриллиантов и маленькая записка: "Индийское великолепие для лучшей подруги". Индира, она дала о себе знать. Гермиона тогда почувствовала, что сердце затапливает щемящее чувство радости и грусти. О Гарри не было ни слова. Жив он или мертв? У нее была надежда, и за это она была благодарна им. Там же, на свадьбе, случилось еще одно событие. Часть гостей – Ремус, Сириус, Дамблдор, МакГонагалл, Снейп, она сама и еще много кто – получили письма, датируемые днем за сутки перед последней битвой. Все письма были написаны Гарри. Именно после прочтения этих посланий вся горечь и разочарование, которые вызвало исчезновение Гарри, улеглись. Все смогли смириться и понять, жить дальше, особенно Сириус. Что было в письме Снейпа, никто никогда не узнал, но улыбку, появившуюся на лице этого сурового, побитого жизнью мужчины, забыть уже не смогли. Столько в ней было счастья и спокойствия. А на следующий день Ремус Люпин и Северус Снейп исчезли, оставив после записки, что искать их не надо, что с ними все будет хорошо, и они, наконец, нашли себя и свое дело. Ни куда, на зачем ушли эти двое, было не известно. Но с тех пор никто о них ничего не знал. Люциус после этого пригласил Сириуса в Малфой-менор, понимая, что иначе Блек просто сойдет с ума. Рядом с Гермионой тот ожил, отчаяние и грусть отступили, а когда два года спустя поместье огласили своими криками два мальчика – Лориан и Лукас – Сириус, наконец, смирился с тем, что у каждого должна быть своя жизнь. Через три года он уже нянчил на руках собственного сына, которого назвал Гарольд Джеймс, в честь крестника и лучшего друга. В тот же год, наконец, оформили свои отношения Невилл и Джинни, прожившие семь лет в гражданском браке. Луна приняла предложение Драко в тот же год, когда состоялась свадьба Люциуса и Гермионы. Грейнджеры теперь имели свою высокотехнологичную зубную клинику и были ведущими дантистами. После близнецов в семействе Малфоев появилось пополнение – Луна родила красавицу дочь – Дейдру Нарциссу.
Малфои быстро поправили свое состояние и репутацию, во многом благодаря своим женам. Общественная жизнь на некоторое время затянула обе пары, но это не помещало появиться на свет Делиусу Малфою, сыну Драко, и Летиции Малфой, дочери Люциуса. Оба ребенка появились в один год и в один месяц с разницей всего в несколько часов и в тот же год, что и ребенок Сириуса, который переехал с женой в собственный особняк.
Жизнь продолжается. Лишь легкая грусть всегда сопровождала их по жизни – воспоминания о Гарри.
— Миона, - Драко пристально смотрел на нее.
— Я просто вспоминала эти годы, - улыбнулась та.
— Да, мы ведь выполнили свою клятву, - тихо сказал Драко. Гермиона недоуменно посмотрела на него. Драко улыбнулся. – Мы живем для себя, за себя, за тех, кто умер, и за Гарри. Знаешь, что сказала Луна, когда почти двенадцать лет назад родился наш с ней последний отпрыск?
— Что? – с улыбкой спросила Гермиона.
— Это ребенок за Гарри, - почти шепотом сказал Драко, посмотрел в глаза жене своего отца.
— Знаешь, когда родился Дрейк, я подумала то же самое, - призналась Гермиона.
— Я сказала также, когда родилась Мелли, - тихо произнесла Джинни.
— Мы выполнили свою клятву, - снова повторил Драко.
— Дамы и Господа, рады приветствовать вас на нашем чемпионате, - разнеся над полем усиленный голос комментатора. – Сейчас вы можете познакомиться с нашими участниками.... - Гермиона больше не вслушивалась. Ее взгляд выхватил копну иссиня-черных волос, чуть восточный разрез глаз, смуглую кожу и невероятный блеск зеленых глаз. Легкое разочарование, что все это принадлежит семнадцатилетней девушке. Вот рядом с ней останавливается парень постарше, может на год или два. Такие же волосы, забранные в хвост, кожа чуть светлее, и черные с каким-то зеленым отливом глаза. Их взгляды встречаются, и молодой человек дарит ей такую знакомую улыбку, что сердце пропускает удар, а затем начинает биться чаще. Гермиона, не отрываясь смотрела на ту пару. Вот в объятия молодого человека влетает растрепанный мальчишка лет пяти шести и поворачивает голову так, что она видит его глаза – изумрудные, совсем, как у Гарри.
Гермиона даже не заметила, как все ее родные отошли, она не видит, что ее дети смотрят на нее, но не подходят. Она вся там, с этими незнакомцами.
— Здравствуй, - голос приходит со стороны, не оттуда, где стоят так заинтересовавшие ее молодые люди. Гермиона поворачивает голову. На нее смотрят такие знакомые зеленые глаза из-под черной челки. Глаза выхватывают прядь, абсолютно, белых волос, смуглую кожу, закрытую одежду, тонкие перчатки, на безымянном пальце левой руки обручальное кольцо. Гермиона переводит взгляд на молодых людей и мальчика. Теперь она поняла, что ей казалось таким знакомым, и в то же время нет. Все трое собрали в себе черты Гарри и Индиры, перемешав их в своей внешности и придав ей особую изюминку. Гермиона улыбнулась и повернулась к стоящему рядом мужчине. На глазах заблестели слезы. "Я знала, что сегодня будет что-то очень хорошее".
— Здравствуй, - и ее улыбка встретилась с его.
Жизнь продолжается.

Конец.

@темы: Дар или проклятие