AliLinnea
Глава 6. Вправить мозги Малфою.

— Все готовы? – Сириус насмешливо посмотрел на шестерых студентов.
— Все, крестный, мы давно готовы, - закатила глаза Гермиона. – Мы давно уже научились дисциплине, и собирать вещи загодя, - мрачный взгляд в сторону Рона. – А не в последний момент.
— А что я? Я вообще тут не причем, - открестился от обвинений рыжий парень, мило улыбаясь.
— Придурок, - усмехнулась Джинни.
— Но-но, прошу не оскорблять, - выпрямился Рон и состроил на лице обиженную, на весь мир, мордочку.
— Ладно, айда, а то опоздаем, - распорядился Сириус. Луна демонстративно посмотрела на часы – девять утра.
— Извини, Сириус, а куда именно мы опоздаем? – поинтересовалась девушка, постучав по циферблату изящных магических часиков, которые ребята прикупили себе в последнюю вылазку в Косой переулок. Сириус удивленно посмотрел на ребят.
Поезд отходит в одиннадцать, - напомнила Гермиона.
— А вы на нем не едете, - сделал удивленное лицо Блек, словно ребята должны были знать о таком существенном факте сегодняшнего путешествия.
— В смысле? Мы с Герм старосты, как никак, - Рон нахмурился.
— С этого года нет, вместо вас старостами буду другие. Кто-то с пятого курса, - пояснил Сириус, запутав ситуацию еще сильней.
— ЧЕГО?! – одновременно воскликнули четверо гриффиндорцев.
— У вас другая миссия. А сейчас тихо выходим из дома и аппарируем, - произнес Блек.
— У нас нет лицензий, - усмехнулась Гермиона.
— Крестница, - скрипнул зубами Сириус.
— Что, крестный? – невинно улыбнулась девушка.
— Язва, - бросил Сириус.
— Уж, какая есть, - усмехнулась Гермиона. – Так куда мы?
— На помощь директору, - ответил Сириус. – Все, мы уже пять минут как должны быть на месте.
На улице, в переулке между двумя домами их ждали Ремус и Кингсли. Каждый аппарировал с собой двух ребят. Они оказались рядом с полуразрушенным домом. На развалинах стоял Дамблдор, он как раз наклонился и собирался что-то поднять, как раздался крик Луны.
— НЕ ТРОГАЙТЕ!
Все уставились на девушку, которая была ужасно бледна, и ее слегка потряхивало.
— Мисс Лавгуд, Луна, в чем дело? – директор спустился к прибывшей группе.
— Это нельзя трогать, - прошептала девушка.
— Почему? – раздалось несколько голосов. Директор несколько секунд смотрел на девушку, словно пытался что-то разглядеть внутри нее.
— Луна, вы присутствовали при смерти вашей матери от начала до конца? – задал он вопрос, который вызвал недоумение у всех. – Вы держали ее в это время за руку?
— Да, сэр, - тихо ответила Луна.
— Вы ведь не совсем человек? – почти констатация факта.
— Да, сэр, - также тихо ответила девушка.
— Эээ, магическое существо? – полувопросительно произнес Невилл. Луна кивнула, она уже приготовилась отвечать на вопрос, кто она именно, но никто не стал спрашивать. Друзья принимали ее такой, какая она есть. Луна поняла, что они подождут, пока она сама не будет готова открыть им правду, как когда-то поступила Гермиона, которая тоже довольно долго скрывала от них тайну своего рождения. На губах девушки появилась улыбка, она была благодарна этим людям за понимание и дружбу.
— Луна, ты чувствуешь нечто, наведшее тебя на мысль, что трогать что-то не нужно? – спросил директор.
— Я не могу объяснить, просто ауру смерти я чувствую. Если бы вы коснулись этого, то умерли бы, не сразу, а через какое-то время. Только... - Луна нахмурилась.
— Что такое? – насторожился директор.
— Странное что-то, обманчивое. Я бы сказала, что кто-то пытался это что-то оживить, словно придавал ему ощущение души, только это ложь, - Луна посмотрела прямо в глаза директору.
— Хмм, - задумался старый маг. Такое он слышал впервые.
— Я не могу определить что это, но оно несет смерть, его так... зачаровали, - не совсем уверенно произнесла девушка.
— Очень интересно, очень, - задумчиво произнес Дамблдор. – Обманка. Но если это обманка, то и остальные? Хитрость или не получилось?
— Сэр, вы о чем? – Гермиона внимательно смотрела на директора.
— Помните наши разговоры о пророчестве? – Дамблдор посмотрел на ребят, те в ответ кивнули. – Есть такие легенды или древние знания, которые иногда выходят на свет, мне казалось, что Волдеморт ими воспользовался и создал хоркруксы, то есть разделил свою душу на части и заковал их в какие-то предметы. Это могло послужить объяснением того, что он выжил. Но после слов Луны я в этом больше не уверен.
— То есть, это могут быть обманки, ловушки, - воскликнул Рон.
— Совершенно верно, и вот это мне как раз и не нравиться. Что ж, значит, я правильно поступил, что произвел изменения в преподавательском составе, - задумчиво сказал директор. Подростки переглянулись, озадаченные таким высказыванием.
Следующие два часа шло обсуждение, как поступить с кольцом Гонтов, а именно его собирался поднять из руин директор. Луна категорически настаивала, что к нему нельзя прикасаться. Решено было все-таки его достать, но руками не трогать. Детей отвели подальше, чтобы в случае чего они не пострадали. Сириус, Грюм, который прибыл сюда вместе с Дамблдором, Кингсли и Ремус начали претворять в жизнь операцию по изъятию кольца. Сначала все шло нормально, кольцо вытащили какими-то металлическими щипцами, которые нашлись тут же. Невилл объяснил, что это каминные щипцы. Но, когда стали перекладывать его в футляр, что-то произошло. Ребята даже не успели отреагировать, как пятеро взрослых магов оказались лежащими на земле без сознания в пяти метрах от того места, где стояли до этого. Подростки кинулись на помощь, только Луна с брезгливым выражением на лице схватила палку и закрыла крышку на футляре, в который кольцо все-таки упало. Затем сдернула с шеи шарф, накинула его на коробочку и только после этого взяла в руки и аккуратно замотала.
— Луна, - Гермиона положила руку на плечо подруги.
— Это плохая вещь, Герм, ее надо засунуть куда подальше. Она несет смерть, - тихо произнесла Луна.
— Предоставьте это мне, - хрипло произнес Дамблдор, баюкая черную кисть в другой руке. Луна пристально смотрела на этот ужас, но потом облегченно вздохнула.
— Это пройдет, сэр, не сразу, но пройдет, - произнесла она с улыбкой.
— Значит, жить буду, - задорно улыбнулся старый маг.
Приведя себя в порядок, волшебники, наконец, решили покинуть это место. Дамблдор отправился в Гринготс, где можно было спрятать этот страшный черный артефакт, а остальных порталом отправил в Хогсмид, чтобы они оттуда уже пешком отправились в Хогвартс.
В то же время на платформе 9 3/4 жизнь шла совсем по другому сценарию. Друзья встречались после летних каникул и забрасывали друг друга новостями, враги сразу начали пререкаться, первоклассники вертели головой или же прижимались к родителям, с которыми впервые в жизни расставались на такой срок. Малфой стоял рядом с отцом с надменным видом и чуть брезгливым выражением на лице. Люциус Малфой в последнее время сильно отстранился от сына, как бы самоотдалился от его воспитания. Драко не сразу осознал эту вещь, а вот когда понял, ему стало страшно, тем более не было никаких новостей о матери, а отец и не собирался делиться с ним сведениями. Драко был уверен, что Люциус знает, где Нарцисса. Он понятия не имел, что ему делать, но в последние дни августа стал понимать, что что-то происходит, только вот что именно и где. Он был горд заданием Волдеморта, но само задание приводило его в состояние дрожи. Так было довольно долгое время, пока не включились мозги. Вот тогда Драко пришел в ужас. Он умом понимал, что не способен выполнить это задание, он не сможет убить Дамблдора. Откуда пришло такое знание, он не знал, а потом пришло умозаключение, что Темный лорд просто ищет способ отделаться от их семьи. Поговорить было не с кем. Страх прочно засел внутри.
Юноша оглядел платформу: вот и Паркинсон, его навязанная невеста, прилипала (Драко передернуло, что не осталось незамеченным Люциусом. Проследив за взглядом сына, мужчина улыбнулся краешками губ); два его вечных телохранителя, не обладающие умом (теперь уже вздох обреченности); Блейз (единственный настоящий друг).
— Отец, думаю, пора в поезд, - растягивая слова, произнес Драко.
— Иди, - кивнул Люциус, взглянув на сына. Что-то промелькнуло в глазах отца, что заставило Драко нерешительно замереть, но через секунду Малфой-старший исчез в вихре портала.
Драко быстро нашел пустое купе, почти тут же к нему присоединились его однокурсники. Блондин наблюдал за платформой, перебрасываясь с "друзьями" колкостями. Паровозный гудок оповестил об отъезде поезда. Драко недоумевал, он не мог пропустить Грейнджер и Уизли, а это значит, что их нет в поезде. "Что с этими приключилось-то? Опоздали что ли?" – язвительно подумал он. Следующий шок он получил, когда на собрании старост появились гриффиндорские старосты, только не те, кто ими был еще год назад. Новость быстро разнеслась по поезду, столько домыслов было построено, пока они не прибыли в Хогвартс. Пропажа нашлась в Большом зале. Шестеро студентов сидели за своими столами и о чем-то мило переговаривались, не обращая внимания на остальных. На них поглядывали с любопытством, особенно на обоих Уизли, одетых в дорогие мантии и обувь. Слизеринцы не преминули их подначить, но как это ни странно, ни Рон, ни Джинни даже не повернулись в их сторону, продолжая свой разговор с друзьями. Малфой еще больше озадачился. А ребята обсуждали странные покупки на Темной алее, сделанные Драко – исчезающий шкаф и ожерелье. Этими новостями с ребятами поделился Дамблдор, но была и еще одна причина разговора – Невилл высказал одну мысль, которая заставила ребят задуматься: с чего вдруг Дамблдор стал так откровенен с ними? Какую игру он затеял? Почему они ему верят, ведь и с Гарри он играл? Действительно, стоило подумать над этим.
Распределение прошло своим ходом, наконец, директор встал, чтобы сделать несколько объявлений.
— Еще раз добро пожаловать всем в школу, кому-то снова, а кому-то в первый раз. Сейчас я бы хотел рассказать вам о тех изменениях, которые вводятся в школе. Во-первых, поприветствуем наших новых учителей. В этом году преподавателем зельеварения будет профессор Слагхорн, - в ответ раздались какие-то неуверенные хлопки. – Защиту от Темных Искусств будет преподавать профессор Снейп, - слизеринцы разразились шквалом аплодисментов. – Уход за магическими существами будет вести в этом году профессор Люпин, - теперь уже гриффиндорцы взорвались аплодисментами. – С этого года вводится как обязательный предмет для студентов с третьего курса - Дуэлинг, который будет преподавать уже известный многим по концу прошлого учебного профессор Блек... - Дамблдор продолжил еще какие-то представления, а многие его внимательно слушали, но были и те, кто стал первые новости тихонько обсуждать, в том числе и четверо гриффиндорцев.
— Так, и где Хагрид? Я не против, учиться у Люпина, из него явно будет лучший преподаватель, чем из нашего большого друга, - произнес Рон.
— Согласна, - кивнула Джинни.
— Думаю, Дамблдор отправил его куда-нибудь на задание, - задумчиво произнесла Гермиона.
— Сириус и Ремус точно знали о перестановках, Снейпа уведомили о ЗОТИ, а вот об остальном, навряд ли. Директор мудрит, - протянул Невилл.
— Да, и вот эти его игры начинают настораживать, - нахмурилась Джинни. – Ты прав, Нев, стоит поумерить нам нашу искренность.
— На том и порешим, только надо Майкла и Луну предупредить, - произнесла Гермиона.
— Также по настоянию Министерства вводится еще один предмет, но он начнется только в октябре, тогда же вы познакомитесь с преподавателем. Предмет обязателен для всех курсов. Это будут Магические традиции и этикет, - продолжил вещать тем временем Дамблдор.
— Хмм, интересно, - вынесла вердикт Гермиона.
— Чем же? – спросил Рон, чуть скривившись.
— То ли Министерство, наконец-то, подружилось с головой, или им кто-то очень сильно подправил мозги, - задумчиво произнесла Гермиона.
— Ага, и мы даже знаем, кто, - хмыкнула Джинни.
— Также должен объявить, что в школе создана особая группа учащихся, которые будут учиться по несколько другой школьной программе. Эти ученики освобождены от всех своих обязанностей, которые были на них возложены ранее, также они не будут участвовать в факультетских командах по квиддичу. Все выбранные студенты завтра получат свои расписания и узнают об изменениях в своем статусе. А теперь пир, - закончил свою речь Дамблдор.
"Очень интересно, - Драко с непроницаемым лицом сидел за столом своего факультета. По крайней мере, о двух студентах из спецкурса он уже знал – Грейнджер и Уизли. – Что еще в голову взбредет директору? Оборотня вернул в школу, этого бывшего преступника..." - додумать он не успел, так как Паркинсон резко повернулась и локтем задела стакан, который стоял рядом с ним. Никто и не сомневался, куда он упадет. Драко с яростью посмотрел на девушку, что-то прошипел, очистил себя заклинанием, а затем покинул Большой зал с гордо поднятой головой, только вот впечатление портило брезгливое выражение лица и пылающие яростью глаза.
Был и еще один человек, который клокотал внутри от ярости и бешенства – Северус Снейп. "Да что ж это такое, сначала Люпин, в конце прошлого года эта блохастая псина, но чтобы оба в один год? Дамблдор совсем рехнулся". Есть совсем не хотелось, поэтому он с кривым выражением на лице досидел до самого конца, так что был свидетелем инцидента за слизеринским столом. Но на сегодня эта мука закончилась.
Следующий день стал неожиданностью для двух десятков студентов с пятого по седьмой курс, вернее для 14-ти, поскольку шестеро не удивились, увидев свои расписания. В группу попало и четверо слизеринцев с пятого курса, что многих удивило. Расписание у этих студентов было забито под завязку, в каждом расписании было написано, что данные студенты освобождаются от отработок, но им рекомендуется не придавать этому значения, так как наказание будет существенней, чем чистка котлов с профессором Снейпом и мытье полов в Большом зале без применения магии. На мантиях выбранных студентов появилась эмблема – феникс на фоне пламени. Кроме Рона, Гермионы, Невилла и Джинни, никто больше из Гриффиндора в группу не попал, не было в ней и ни одного хаффлпаффца, зато 12 – райнвекловцев.
Отучившись по основной программе, все выбранные студенты заявились в кабинет на третьем этаже, где их уже ждали директор, Блек, Люпин, Грюм и еще трое неизвестных.
— Итак, ребята, присаживайтесь, - директор указал на поставленные в круг стулья. Когда все заняли места, он продолжил. – Здесь сейчас все, кто будет вас учить, или почти все. Профессор Блек будет заниматься с вами дуэлингом, боевой магией и анимагией. Профессор Люпин - Темными искусствами, вернее их теорией, а вот практику вы будете проходить с профессором Кристом, - директор указал на одного из трех незнакомцев. Пока Дамблдор объявлял предметы, а также кто их будет вести, у студентов челюсти съезжали на пол, причем и у подготовленных. – Старшими у вас я назначаю мисс Грейнджер и мистера Уизли, поскольку они уже находятся на данном обучении год. К ним вы всегда можете обратиться за помощью. Теперь о том, почему именно вы. Никто из ваших семей не поддерживает Темного лорда. Не удивляйтесь, что я так его называю, но это проще в данный момент, чем смотреть, как вы вздрагиваете каждый раз при его упоминании. Ваши семьи стоят в некотором нейтралитете.
— Это похоже на создание третьей стороны, - произнес семикурсник с Райвенкло.
— Можно и так сказать, - загадочно произнес Дамблдор. – Вы все узнаете в свое время. А теперь приступим.
Жизнь потихоньку вошла в свой ритм. Группа исчезала после своих обычных уроков и пропадала неизвестно где. А учились они много и быстро. Через месяц – 1 октября – уже все понимали, что данные студенты по ЗОТИ преуспевают лучше всех, зачастую действуя инстинктивно и на полном автомате. Снейпа это заинтересовало, особенно в исполнении Рона Уизли, но как бы он ни пытался найти ответ на свой вопрос, ничего не получалось. Этот же день стал большим сюрпризом, как для студентов, так и для большинства преподавателей. За столом преподавателей сидели Люциус Малфой и Андромеда Блек-Тонкс и мило между собой беседовали.

Ретроспектива событий с момента встречи в Косом переулке.
Люциус с улыбкой вздохнул и посмотрел на сестру своей уже бывшей жены. Андромеда напропалую пользовалась магией в своем маггловском доме. Удивительно, но Джон Тонкс давно уже махнул рукой на эти ее чудачества, как впрочем, и на дочерины тоже.
— Понравилось? – осведомилась Андромеда, глядя на пустую тарелку Люциуса. Ей нравился настоящий Люциус, а не тот, которого знали все остальные, даже его собственный сын.
— Ты божественно готовишь, - блондин сложил руки на брюхе, которого у него естественно не было.
— Вот и прекрасно, - улыбнулась женщина. Никто в мире не знал, что Нарцисса и Андромеда общались все это время, что младшая сестренка Блек была крестной у Нимфадоры, что Люциус очень даже комфортно чувствует себя в маггловском доме.
— Что ты решил? – Джон посмотрел на мужчину.
— Ну, Нарцисса теперь далеко и совершенно для него недосягаема, иначе он познает весь ужас того, что значит переступить дорогу ночному народу, - произнес Люциус. – Мне уже можно спокойно не отвечать на вызовы. Я и так в черном списке и медленно вываливаюсь из ближнего круга. Насколько я смог понять, Драко получил совершенно невыполнимое задание.
— Этот урод решил убрать Малфоев, - скривилась Андромеда. – Правда, он понятия не имеет, что не на тех напал.
— Тебе все равно надо обезопасить себя, - нахмурился Джон.
— Дорогой, все уже готово, - улыбнулась женщина.
— Что ж, тогда вперед, - кивнул ее муж. Это были первые выходные сентября. С момента подслушанного на входе в Темную аллею разговора прошло почти две недели. За это время Люциус успел перераспределить свое имущество, часть перевести на Андромеду и ее мужа. Все компрометирующие многих волшебников документы были уже у Андромеды, в том числе и многие бутылочки с воспоминаниями. И теперь пришло время все это пустить в ход.
Они спокойно вошли в дом на Гриммуальд-плейс в субботу в 12 часов дня. Защита пропустила Андромеду без единой проблемы, а с ней и Люциуса. Удивлению находящихся в доме, не было предела. Они пришли вовремя и как под заказ здесь были Дамблдор, Грюм, Кингсли, а также Сириус и Ремус. После довольно скоротечной разборки Люциуса напоили сывороткой правды, с его согласия и с его предложения. ТО, что потом говорил Малфой, отвечая на вопросы в основном Андромеды, знавшей, о чем спрашивать, заставило волосы слушателей вставать дыбом. Они провели в этом доме все выходные, разбираясь в ответах Люциуса, в документах, которые они с Андромедой принесли, и, работая с думосбором. Столько свидетельств они еще никогда не получали.
Покидая дом вечером в воскресенье, Люциус только произнес.
— Твой крестник удивительный ребенок.
— Я знаю, - кивнул Сириус.
Люциус не сказал ни слова о том, что ему по своим каналам удалось выяснить о Гарри. Это было немного, но все же. Почему? Он и сам не знал ответа на свой вопрос. Весь сентябрь, каждые выходные Люциус приходил на Гриммуальд-плейс, 12, помогал разбираться со свидетельствами против Пожирателей. Ему поверили сразу и безоговорочно. Он рассказал о своем браке, о Нарциссе, о сыне.
— И какое задание дал этот урод твоему сыну? – Сириус внимательно смотрел на блондина.
— Не знаю, но думаю, не выполнимое, что-то из этого разряда, - вздохнул Малфой. – Он маньяк, каких мало.
— Мда, - скривился Сириус.
— С Драко мы разберемся, - постучал костяшками пальцев по столу Дамблдор.
— Я так понимаю, этим будет заниматься мисс Поттер, - улыбнулся Люциус. На кухне стало тихо.
— Откуда ты знаешь? – первым обрел дар речи Люпин.
— Нарцисса – умная и наблюдательная женщина. Она сразу увидела сходство между девушкой и Джемсом с Лили, - произнес Малфой.
— И ты столько молчал? Год? – удивился Сириус.
— Вы пытались искать Поттера в Америке? – вместо ответа спросил Люциус. Снова стало тихо. Именно после этого разговора в США направились на поиски несколько членов Ордена, о том, что происходит, знало всего несколько человек. В последние выходные сентября Дамблдор предложил пост преподавателя магических традиций и этикета именно Люциусу. За эту неделю ему удалось полностью реабилитировать Малфоев перед Министерством. Как? Известно только ему. Но данная информация была придержана до октября месяца. Люциус согласился, но сказал, что ему нужна помощь и предложил кандидатуру Андромеды Блек-Тонкс. И вот 1-го октября два новых профессора сидели за преподавательским столом в Хогвартсе. Джон Тонкс вызвался помогать Филчу, эти двое сразу нашли общий язык, буквально через пять минут.
Конец ретроспективы

— Сколько времени ты собирал эти доказательства? – тихо спросил Ремус.
— С момента, как узнал, что должен буду принять метку, - также тихо ответил Люциус.
— Не слабо, - покачал головой Сириус. – Я хотел бы тебя привлечь к моим урокам по дуэлингу.
— Без проблем, с удовольствием, - улыбка тронула губы блондина. Драко в это время во все глаза смотрел на отца. Он видел совсем другого человека, более открытого, проявляющего какие-то чувства и эмоции. Директор представил новых профессоров и предупредил, что с завтрашнего дня расписание меняется.
Люциус прогуливался по Замку, когда его настиг мрачный зельевар. Снейп вообще в последнее время был несносен.
— Ты хоть мог предупредить, - ядовито произнес слизеринский декан.
— А это что-нибудь изменило бы? – меланхолично заметил Люциус. Это немного сбило с толку Снейпа.
— Ты совсем не интересуешься своим сыном, - перешел он снова в атаку.
— Я не могу прожить жизнь за него, - прошипел в ответ Люциус. – Если он в детстве не смог понять намеков, пусть теперь сам разгребает ту кашу, которую заварил.
— Не было бы в Хогвартсе Поттера... - начал Снейп.
— Ты слепой и глухой. Ты так ничего и не понял, за целый год, - рявкнул Люциус. – Когда ты, наконец, выберешься из своих детских обид и увидишь то, что у тебя под носом, а, Северус?
Снейп замер, глядя в спину удаляющемуся Малфою-старшему. Ни тот, ни другой не видели, что их разговор был подслушан с двух сторон двумя студентами. С одной стороны, Драко Малфой, а с другой – Гермиона. "А он действительно не так прост, как кажется", - решила девушка, и взяла себе на заметку понаблюдать за мужчиной. Как ни странно, к такому же решению пришел и Люциус, только наблюдать он собирался за Гермионой.
Жизнь снова потекла своим чередом. Драко старательно избегал отца, все больше сближаясь с крестным и по совместительству, как он считал, деканом Слизерина. Именно ему он, напившись, и выдал тайну своего задания. Зельевар схватился за голову, но больше всего его поразило то, насколько же вовремя Нарцисса взяла с него обет. Ничего, не придумав, Снейп пошел к Дамблдору, которому и выложил ситуацию, как она есть. Дамблдор поступил именно так, как и ожидал зельевар, то есть сказал что-то успокаивающее, затем предложил лимонную дольку и отправил спать. На самом деле все было совсем не так.
Директор после ухода Снейпа некоторое время метался по кабинету как лев в клетке. Он, конечно, предполагал, что Волдеморт может пойти на такой шаг, но поручить это шестнадцатилетнему подростку? Это уже слишком. Надо было установить слежку за Драко и тут, естественно, придется подключить шестерку. Директор был рад, что дети ему доверяют, как и взрослые, это его успокаивало, но он не собирался выкладывать им все свои планы. Сейчас он верил, что больше таких ошибок, как с Гарри не совершит, но, если подумать, то он снова пошел по тому же пути, а сам этого и не заметил – переложил груз ответственности по спасению миру на детские плечи, только теперь вместо одного, у него было два героя.
На следующий день он озвучил свою просьбу-приказ ребятам, а те с энтузиазмом занялись слежкой за Драко, не забывая и про учебу. Уроки Люциуса полюбили все, мужчина действительно знал многое и многому мог научить. Гермиона не раз на уроках задавала ему вопросы, а Малфой-старший с удовольствием просвещал девушку. Так пролетели октябрь, ноябрь и середина декабря.
16 декабря впервые гриффиндорцы и райнвекловцы, то есть не безызвестная шестерка, выбили почву из-под ног Драко. Они вовремя смогли обезвредить ожерелье, которое слизеринец подсунул одной из студенток. Первая попытка убрать директора из мира живых провалились. На некоторое время он присмирел, снова ударившись в попытки починить исчезающий шкаф. Тут было проще, и ребята воспользовались практикой прошлого года, когда уничтожали результаты работы Драко за день, и тому приходилось все начинать заново.
Еще один человек никак не мог найти покоя – Снейп. Его в наглую, беспардонно игнорировали. Даже Люциус все чаще поглядывал на него, как на нашкодившего щенка. Это не прибавляло ему хорошего настроения, поэтому он становился все невыносимее и невыносимее. К тому же в середине ноября вышел специальный выпуск «Ежедневного пророка», где очень подробно была освещена семья Малфой, а также свидетельства ее невиновности перед обществом. Был в газете очень прозрачный намек, касающийся наследника рода. Драко идиотом не был, но слишком сильно они отдалились с отцом друг от друга. И, не зная, что делать, парень продолжал выполнять задание Темного лорда.
На Рождество шестерка осталась в Хогвартсе, там же остались и все преподаватели, а раз здесь был Малфой-старший, то остался и Драко. Самой странное событие произошло на утро после Рождества. В Хогвартс были переправлены анонимные подарки, не было никаких открыток. Проверив все на наличие заклятий, все принялись их распоковывать.
Рон аккуратно развернул длинный сверток. Юноша с благоговением смотрел на экспериментальную гоночную метлу американской фирмы, на ней было выгравировано его имя. Во втором свертке оказался золотой снитч, а вот третий подарок был вообще из ряда вон выходящим – великолепный медальон-оберег. Гермиона держала в руках почти такой же медальон, но более дорогой и с большим количеством защитных чар на нем, на столе лежали две старинные книги: «Основы магии: от А до Я» и «Защита и Нападения: что вы должны знать». Джинни в подарках нашла оберегающий кулон, прекрасную черную шелковую мантию и золотой широкий браслет с рунами. Невилл в восторге смотрел на семена диковинных и редких растений, а также на энциклопедию магических растений, третьим подарком оказалась… сова, красивая, дымчатая. Луна тоже получила подарки, но они не несли никакого подтекста под собой. Ребята перевели взгляд на слизеринский стол, так как видели, что туда доставили подарки в такой же оберточной бумаге. Предназначались они Драко Малфою. Сначала на стол упал прут. Гермиона долго на него смотрела, пока глаза ее шокировано не распахнулись. Это была вица.
— Герм, зачем ему подарили прут? – Невилл со смесью недоверия и удивления смотрел на валяющуюся на столе слизеринцев вицу.
— Это вица, - прошептала Гермиона. – Раньше, в прошлом веке, да и в начале этого, такие прутики использовали для наказаний. Это подарок с намеком.
— И что за намек? – не понял Рон.
— Рон, ты иногда так тупишь, - покачала головой Джинни. – Ему напрямую намекнули, что его требуется высечь как следует. Только сомневаюсь, что он это понял.
— Да, навряд ли, это маггловский способ, - кивнула Гермиона.
— Хмм, бантик? – Луна удивилась.
— Ага, такие одевают на шею… котятам или… - девушка подавила смешок, – хорькам.
— Кому-то хорошо известны события четвертого курса, - усмехнулся Невилл.
— Ммм, а это что? – Рон с интересом смотрел на два предмета в руках озадаченного Малфоя. Гермиона не выдержала, она вспомнила, где видела их – наколенники у спортсменов.
— Это, чтоб колени не болели, когда он будет на них стоять перед… - сквозь смех произнесла девушка.
— Да уж, подарки с подтекстом. Кто-то явно решил поиздеваться над Малфоем, - Джинни не успела развить свою мысль, когда за преподавательским столом раздался взрыв смеха. Все учителя, кроме Андромеды получили точно такие же свертки, кто-то три, а кто-то один. Сириус в это время собрал все три части своего подарка, именно это и вызвало смех профессоров. Ошейник, поводок и намордник.
— У кого-то шуточки, - рассмеялась Джинни. Гермиона же сидела с каким-то странным задумчивым выражением. Она на секунду подумала, что это может быть Гарри, но потом встрянула головой, загоняя мысль подальше, а зря. Снейп получил в подарок шампунь для волос, зубную щетку и мыло. И теперь уже Сириус не удержал издевку, в сторону зельевара, который отличился чуть раньше. Ремусу подарили книгу о темных магических существах и методах общения с ними, великолепную мантию и ларец с аконитовым зельем. Снейп с недоумением смотрел на бутылочки, которые сам передавал разным аптекарям. Свое зелье он всегда мог узнать. Дамблдору достались сладости и шесть носков, все разные. Самый неожиданный подарок получил Люциус. Первые два особой оригинальностью в плане юмора не отличались: великолепная трость из черного дерева с набалдашником в виде василиска, он же оказался вставленным в дерево эфесом шпаги и ремень с серебряной пряжкой с изображением Инь и Янь в виде черного и красного драконов. Но вот третий подарок – таинственный даритель привязал к нему домовика Добби дубль два. Люциус в шоке смотрел на это несуразное создание, по всей видимости, еще больше сумасшедшее, чем оригинал, а потом расхохотался, повергнув собственного сына в ступор. Он знал одно – Гарри Поттер в полном рассудке, раз смог сделать такие подарки и с таким чувством юмора. У него еще в самом начале появились такие догадки, но после этого эльфа, они пропали. Анонимом был Гарри Поттер и, похоже, понял это только он.
Люциус так и не поделился этой новостью ни с кем.
Рождество закончилось, январь пролетел быстро и почти незаметно, приближался бал на День Святого Валентина. Драко становился все мрачней. Накануне этого дня Гермиона получила очередную посылку, но к ней была приложена записка. «Я думаю, что ты должна быть счастлива также, как и я. Это тебе, покори их всех». Ни имени, ни даты. Гермиона развернула сверток и замерла в восхищении: прекрасное зеленое платье, сочетающее в себе настоящий индийский шелк и бархат, к нему прилагались туфли на высоком каблуке и драгоценности из изумрудов – колье, серьги, браслеты, кольца, заколки и шпильки. Подол платья был также расшит камнями. Там же девушка нашла восточные духи, дорогие и очень модные.
Эту ночь девушка не могла спать, она перебирала в голове всех своих знакомых, но никто не приходил в голову. Какая-то женщина прислала ей такой дорогой подарок. На следующий день Гермиона была тиха, что многим бросилось в глаза. Люциус был озадачен таким поведением это сорвиголовы, которая могла заткнуть за пояс самого Снейпа. Нежданно-негаданно, но Малфой-старший заинтересовался юной Леди Поттер, она его заинтриговала.
Люциус не ждал ничего особенного от этого бала, поэтому, скучал за столом, где сидели преподаватели. Его, правда, удивляло отсутствие в зале Гермионы. Где-то, через час с начала бала, двери открылись, и появилась ОНА. Тишину можно было резать. Невероятно красивая девушка стояла там, в дверях Большого зала. Именно в этот момент Люциус понял, что пропал. Его сердце было отдано ей – Гермионе Поттер. Вся мужская часть, присутствующая на бале, еще довольно долго отскребала свои челюсти от пола.
— Леди Поттер, разрешите пригласить вас на танец, - легкий шепот над ухом заставил девушку поднять глаза. Рядом с ней, подавая руку, стоял Люциус Малфой. Гермиона изящным движением вложила в его руку свою и поднялась. Это была самая прекрасная пара в зале, они двигались в танце так, словно парили на облаках. Уроки танцев, которые раз в неделю давали Люциус и Андромеда сделали свое дело.
— Хмм, надо бы сделать так, чтобы Дамблдор не вмешался, - прошептал Рон на ухо Луне, показывая глазами на подругу и Малфоя-старшего.
— Да, Герм последнее время с таким видом на него смотрит, хорошо хоть никто не замечает, - кивнула девушка.
— Думаешь, она влюбилась? – спросил Рон.
— Не знаю, но смотрятся они вместе здорово, - улыбнулась Луна, которая и сама в своем одеянии была не последней девушкой в зале.
Она очнулась, когда легкий поцелуй в губы растаял, и серые глаза с улыбкой посмотрели на нее.
— Иди, - прошептали губы. Гермиона послушно прошла через портрет в гриффиндорскую гостиную, так и прижимая пальцы к губам. Он ее поцеловал. Она мало, что помнила из сегодняшнего вечера, кроме стука своего сердца и безумного счастья.
После этого бала Гермиона постоянно ловила на себе взгляды мужчины, но и сама себя ловила на том, что, то и дело, смотрит на Люциуса, любуется его красотой, ищет достоинства. Но она старалась избегать оставаться с ним наедине. С течением времени ей стало казаться, что ей просто все привиделось, никто не напоминал девушке о том, что на балу она столько времени провела вместе с Малфоем, а для нее самой это был лишь сладкий сон.
Март подошел к концу, за ним пролетел апрель, тренировки настолько усилились, что ребята на время забросили слежку за Малфоем, а тот усиленно занимался шкафом. В конце мая команда очнулась и ринулась проверять, но их остановил директор, сказав, что пусть все идет так, как идет, но Гермиона не могла вот так стоять в стороне. Ей не нравилось такое поведение директора. Она однажды дождалась Драко после обеда около Большого зала.
— Малфой, у тебя мозги, в каком месте? – вместо приветствия ядовито осведомилась девушка. Снейп, находившийся рядом, уже хотел ринуться на поле боя, но его удержали. Рядом стоял Малфой.
— Грейнджер, какого тебе надо, грязнокровка? – разозлился Драко.
— Нет, сколько тебе можно повторять, что родовые кольца «грязнокровки» не носят, - вздохнула притворно девушка, а затем уже мрачным голосом добавила. – Неужели тебе не жалко собственной жизни, а? Ты так и хочешь ее бездарно проползать на коленях перед этим выродком? Ты уверен, что сможешь убить директора и потом жить?
Драко стоял ни жив, ни мертв. Он никак не мог понять, откуда ОНА столько знает.
— Остановись, Драко, пока не поздно. Поговори со своим отцом, не будь идиотом, не гробь свою жизнь, - с этими словами Гермиона удалилась.
Экзамены, экзамены, экзамены, а потом грянул гром. Гермиона только застонала. Драко Малфой все-таки не прислушался к ее словам. В Хогвартс прорвались Пожиратели. Директора не было, но Гермиона нашла его на Астрономической башне, стоящего напротив Драко, который держал наготове палочку. Дамблдор увещевал юного Малфоя и почти сделал это, когда появился Снейп. Все произошло так быстро, что никто потом толком не мог сказать, как. В Снейпа попало обездвиживающее заклятие за секунду до того, как он закончил свою Аваду, Драко стоял с опущенной головой, а еще четыре заклинания попали в Снейпа секундой позже. Гермиона подлетела к Драко и со всего маху влепила сначала одну, потом другую, а затем и третью пощечину. Парень не удержался на ногах и рухнул на пол.
— Урод, что ж ты не слушаешь, когда тебе умные вещи говорят! - кричала девушка, отвешивая парню пощечину. Когда она замахнулась в очередной раз, ее перехватили.
— Он уже наказан, Гермиона, уже наказан, - ее развернули, и она утонула в серых глазах Люциуса Малфоя. – Ты вправила ему мозги, - затем Люциус посмотрел на директора. – Всех уже выкинули отсюда. Кто-то смог сбежать, шкаф успели уничтожить до того, как сюда перебралась хотя бы половина отряда.
— Прекрасно, Люциус. Ты сам разберешься с сыном?
— Да, - произнес Люциус. Драко нервно посмотрел на отца, обнимающего Гермиону Грейнджер. Со Снейпа сняли заклятия, он мрачно оглядывал собравшихся.
— Извини, Северус, но я не мог позволить тебе пойти на такие действия, - произнес Люциус.
— Мисс Грейнджер, - зло произнес Снейп.
— Господи, сколько можно! - закричала девушка. – Глаза разуйте, профессор, может, наконец, дойдет, чья Я – ДОЧЬ.
Снейп от такой наглости подавился словами, но в следующее мгновение у него словно пелена с глаз пала.
— Поттер? – и столько изумления было в голосе.
— Ну, наконец-то, а то я думала, это никогда не кончится. Два года быть таким слепым. Поздравляю, профессор. А теперь еще и уясните себе на своем длинном и таком недалеком мозгу, если я единственный ребенок Джеймса и Лили Поттеров, то кто тогда Гарри? – с этими словами девушка вывернулась из рук Люциуса и гордо прошествовала к выходу из башни. Прежде чем исчезнуть за дверью, он все-таки добавила. – Меня просто поражает, как некоторые зацикливаются на своих старых обидах и ни черта не видят у себя перед глазами.
В следующие дни Снейп не показывался из своих подземелий, ему было о чем подумать на досуге. Десятого июня студенты отправились домой, на отдых. В поезде Люциус нашел Гермиону на небольшой платформе последнего вагона, где она наслаждалась видами и воздухом. Девушка посмотрела на мужчину и вдруг оказалась в его объятиях. Губы коснулись ее губ, и девушка потерялась в ощущениях.
— Когда-нибудь, - услышала она шепот, прежде чем Люциус ее оставил. Гермиона коснулась пальцами своих губ и чему-то улыбнулась мечтательно.
Драко Малфоя после того происшествия на астрономической башне никто не видел, вернее его видели, только тот быстро исчезал. Говорили, что Люциус чуть не под арест его посадил и теперь вправлял мозги своему сыну. Только вот, не поздно ли? Оказалось, не поздно. Драко все-таки обладал умом, просто этот год действительно оказался для него, не из лучших. И какого же было удивление Малфоя-младшего, когда они прибыли не в Малфой-менор, а в дом Сириуса, где он снова оказался в кругу, так ненавистных ему гриффиндорцев. Но первый же язвительный выпад стоил ему подзатыльника от отца. Лето обещало быть очень интересным, и они даже не представляли насколько.

@темы: Дар или проклятие